В ожидании апокалипсиса - Страница 43


К оглавлению

43

— Я иду с вами.

Он ошеломленно стоял на месте, когда она взяла его за руку.

— У нас же есть еще в запасе три дня, — рассудительно сказала Лона. «Как глупо», — подумал он с горечью.

— Нет, — вырвал Дронго руку, вспоминая мертвую Марию на заднем сиденье автомобиля. Еще одного убийства ему не выдержать.

— Уезжайте, пожалуйста, — попросил он, — и простите меня. Она явно обиделась.

— Что-нибудь случилось? — спросила Лона.

— Я улетаю через три дня, — сцепив зубы, повторил Дронго, — и вряд ли когда-нибудь еще вернусь в Нью-Йорк.

— Почему? — изумилась Лона. — И потом, какое это имеет значение?

— Уходите, — выдавил Дронго. В его взгляде было нечто такое, что заставило Лону поверить.

— Спокойной ночи. — Она отошла от него, засвистев уже отъезжающему автомобилю.

— Подождите, я передумала, — закричала Лона и, не оборачиваясь, побежала к своей машине.

Он повернулся и вошел в отель. Поднялся по эскалатору в вестибюль. Потом в лифте на свой семнадцатый этаж. Oткрыл магнитной карточкой дверь. Захлопнул ее и ожесточенно начал раздеваться. Пуговицы рубашки брызнули в разные стороны, галстук полетел на кровать, пиджак на кресло, брюки остались на полу. Он пошел в душ и стоял там долго, очень долго, словно собираясь смыть все сегодняшние воспоминания.

Глава 6

Весь день он гулял по Нью-Йорку, благо город знал совсем неплохо. В разговоре с Эльдаром подсознательно, всегда обязанный быть настороже, Дронго насочинял.

В Манхэттене он ориентировался прекрасно и теперь, бесцельно слоняясь по знакомым улицам, находил особое удовольствие в неспешном узнавании старого знакомого. Новых городов он боялся, старые, где он бывал раньше, его как-то успокаивали. В пять часов вечера, не выдержав, позвонил Любарскому.

— Говорит Андрэ Фридман, — сказал он несколько измененным голосом. — Вы не знаете, наш знакомый улетел в Лондон?

— Что? — испугался тот.

— Семен Бетельман улетел в Лондон? — повторил Дронго. Скрывать что-либо было непрофессионально и уже давно не нужно. Наоборот, его нынешняя задача успешно решалась при максимальной открытости.

— Да, да, улетел, — быстро ответил Любарский, — сегодня днем. Вдвоем с супругой.

Если все пройдет так, как задумывалось, Бетельман расскажет обо всем своему брату. Тот, старый сотрудник английской контрразведки, обязательно доложит своим хозяевам. И во время встречи с Бетельманом Дронго арестуют. На этот раз Риггс не отпустит его просто так. Они должны вычислить, что он действительно готовил ликвидацию их ценного агента.

И в этот момент лучшим козырем станет труп Марии, так мастерски включенный в игру российской разведкой. В самый сложный момент он выдаст тело (прости, Мария) англичанам. Они, конечно, сначала не поверят, но тогда он выдаст им всю агентурную сеть «Штази», расскажет о людях, которых Эдит Либерман просто не могла знать. А в заключение выдаст российского резидента, целых двадцать лет готовившегося к операциям, но так и не вступившего в игру, — Альфреда Греве. Выдача разведчика такого уровня окончательно убедит англичан в его лояльности. Через них Дронго должен выйти на американцев и выдать им ту дезинформацию, ради которой затевалась вся эта игра.

Потом есть два варианта. Либо его попытаются перевербовать американцы или англичане, либо он останется в Англии в качестве сбежавшего разведчика КГБ, пополнив собой целую армию бывших советских шпионов на Западе. В последнем случае домой он вернется не скоро, если вообще вернется когда-либо. Дронго это понимал и был готов к такому развитию операции.

Обедал он в каком-то итальянском ресторане на Пятьдесят шестой улице. В отель вернулся в восьмом часу вечера. Вошел в вестибюль, здороваясь с охранниками, и поднялся на свой семнадцатый этаж. У окна, на диване в холле, сидела Лона. Он постарался не выдать своих чувств.

Она была в длинном пальто серо-зеленого оттенка, удивительно подходившего к ее темной коже. Лона грациозно поднялась, посмотрев на часы.

— Вы приглашали меня на ужин, — сообщила она, — и я жду вас уже сорок минут.

Вишенки ее глаз озорно улыбались ему, хотя внешне она оставалась спокойной.

Дронго был несколько испуган этим видением.

— Как вы узнали, где я живу?

— Вы, наверное, немного перепили вчера, — засмеялась Лона, — неужели вы все забыли? Я же привезла вас в гостиницу.

— Простите. Я задал глупый вопрос. Конечно, пойдем ужинать. Сейчас я оставлю зонтик в своем номере, и мы пойдем. Вы можете подождать?

Она опять улыбнулась, демонстрируя целый ряд великолепных белых зубов.

— На этаже или внизу?

— Простите, — понял он ее улыбку, — нет, конечно. Идемте со мной. Я оставлю зонтик.

Дронго достал магнитную карточку и, пропустив Лону вперед, пошел за ней. Она была довольно высокая, отметил он с удивлением, почти метр восемьдесят, не меньше. Вставив карточку, он открыл дверь.

— Пожалуйста.

В номере все было убрано. Лона прошла в глубь комнаты, усаживаясь в кресло. Пальто было не застегнуто, и он увидел ее красное платье и безупречную линию ног.

— Я жду, — немного насмешливо сказала она.

— Да, да, одну минуту. — Дронго непонятно почему суетился и казался себе маленьким и жалким одновременно. Положил зонтик в шкаф и прошел в ванную комнату.

Когда он вышел, Лона стояла у окна, глядя на величественное здание отеля «Шератон».

— У вас красивый вид, — заметила она, не оборачиваясь.

В пальто ему было жарко и душно.

43